Май 20

Самопальный «Бейлис»

hovan

(Читать в стиле Маяковского)

Я делал самопальный «Бейлис» —
Сгущенка и водяра в блендере,
Кот оккупировал карниз,
И смотрит Футураму с Бендером.
Он строил вчера луна-парк,
Но без бухла и блек-джека,
Я с блендером как Тони Старк,
В котором живет Бекмамбетов.
Кофе в посуду плесну,
Но, сосед-пидарас с перфоратором,
Дырит очередную стену,
Играя с «BOSH», как с вибратором.
И она ко мне не придет,
Пить это адское пойло,
Лишь перфоратор орет,
И жизнь будто гейское порно.

Май 15

Евровижн

k4uBIaZ7noA

Горит пердак российского народа,
И евровиденье мешает крепко спать,
Кончиты водят злобно хороводы,
Скрипач на лыжах станет удивлять.
Плывут по воздуху в ночи виолончели,
Австралия хладит свой жгучий пыл,
И кенгуру вколол себе «качели»,
Туземец с горя бумеранг пропил.
И мишка с балалайкой грустный тоже,
Печально вьется яркий триколор,
А конспирологи друг другу квасят рожи,
Про совпадения твердит один монгол.
И Децел встал в малиновом камзоле,
Запел со сцены тихо о любви,
Король ремейков выпил водки в холле,
И покраснел как чьи-то «Жигули».
Конкурс прошел и стихли мигом песни,
И победитель с бала на корабль,
А я сижу с котом на Красной Пресне,
И в глубине души горит сентябрь.

Май 14

Скорблю с утра по РБК

big_brother

Скорблю с утра по РБК,
Такая пятница тринадцать,
Судьба рунета не легка,
И будет некуда податься.
Запрет на выезд и на въезд,
Кругом рука Роскомназдора,
По телевизору партсъезд,
И нет другого кругозора.
Перекрывают Интернет,
Живешь как в книге «двадцать двадцать».
Взгляни назад на двадцать лет,
И Оруэлл начнет смеяться.
Сюжет не нов и опоздал,
Не далеко до плагиата,
А впереди расстрельный зал,
И постеры «Большого Брата».

Май 12

Вновь понедельник

pon

Лифт отмеряет этажи,
Звенит в карманах сонных мелочь,
С утра немного раздражим,
И чувства льются будто щелочь.
Цифры мелькают на табло,
Закрыта дверь и давят стены,
И ничего бы не спасло,
От этой маленькой вселенной.
Она, похожая на гроб,
Как камень вниз кабину тянет,
А пассажир — чумной микроб —
Стоит как инопланетянин.
Тихонько думая о том,
И сам того не понимая,
В мыслях становится котом,
Ждет все последнего трамвая.
Или когда откроют дверь,
Ведь больше нет окна в Европу,
Отсюда выйти б без потерь,
Но все дороги ведут к Богу.
Его смешной социализм,
Елейным ядом душу травит,
Но не построить коммунизм,
И не добраться нам до рая…
Дверь открывается, и вот,
Реальный мир вдруг лезет в душу,
А ты идешь как будто кот,
И он тебе совсем не нужен.
Гуляешь сам и по себе,
Ботинком галстук бодро топчешь,
И офис тонет в липкой мгле,
Начальник ходит будто овощ.
Компьютер под столом гудит,
Вид делая тебя не знает,
Качает сотни мегабит,
И может быть тебя скачает.
Он в матрице уже давно,
А ты с похмелья будто Нео,
Вновь понедельник, вновь говно,
Привет, рабочая неделя…

Май 10

Пьянка у князя тьмы

katan

 

Кружатся черти в хороводе,
Трещит неистовый костер,
И запах серы в кислороде,
Копыта долбятся об пол,
Искрят подковы на брусчатке,
Блюет у ели Люцифер,
И ведьмы падают в припадке,
Когда их тащат в райотдел.
Химеры где-то в огороде,
В подвалах ссорятся коты,
И шут, похожий на Мавроди,
Принес на праздник кислоты.
В разгаре супер-вечеринка,
Я нацепив костюм бобра,
С пони отплясывал лезгинку,
С Адольфом накатил вина.
Потом с Иосифом курили,
Какой-то дикий самосад,
С Сергеем Троицким кутили,
И с нами был маркиз Де Сад.
Леня, Никита и Володя,
С ними Сергеич Михаил,
Эдик Лимонов на подходе,
Но кто-то их котел пропил.
Значит, не будет революций,
Дебош устроить не судьба,
Итак, столбы от пьянки гнутся –
Вокруг веселая гульба.
И видят ночь в пустом эфире,
Вожди с окраины двора,
Им доползти бы до квартиры,
До наступления утра.

Май 9

Плывет по речке старый таз

taz

 

Плывет по речке старый таз,
И тяжела его дорога,
Качается из раза в раз,
Солнце печет с утра немного,
Шторм отгремел уже давно,
Пьют мудрецы вино под сливой,
Бьет по мозгам им всем оно,
Дипломы стали будто ксивы.
Мысли шатаются в разброд,
В собачьей будке скоро квасить,
Ведь мудрецы такой народ,
Не важно где досуг им красить.
Экзистенциальный как коньяк,
Ершом мешают его с водкой,
Делирий рыщет как байбак,
Хотя, на вид довольно кроткий.
И только таз плывет в глуши,
Река журчит и птичьи трели,
А я в кустах пишу вирши,
Нет интернета две недели.

Май 8

Скайрим

Skyrim

 

Пицца стекает со стены,
На пол какой-то пестрой лентой,
И в минералке нет воды,
Во вкладе сочных дивидендов,
Компьютер немощно искрит,
В нем пухнет раком пропаганда,
Неважно тролль или каджит —
Каждый в Скайриме в чьей-то банде.
В таверне водка, словно нефть,
С кровавым привкусом Багдада,
Сидишь киряешь будто эльф,
На грани полного распада.
Вновь телевизор полон мглы,
Пусть даже бармен пропил пультик,
Чует дыхание зимы,
В кладовке выпив сонной мути.
Идут бретонцы на парад,
Пока бульдозер вязнет в яме,
У пролетариев джихад,
И стройка церкви на кургане.
Имперский дух течет незрим,
И архимаг вновь дрыхнет в луже,
Печальный пьяный херувим —
Разбит пятак и мерзнут уши.
Он сохранений целых пять,
После себя, может, оставит,
Но ламер может не понять,
И будет снова «венду» ставить…

Май 8

Дочка дровосека

Doch_Drovoseka

 

Опасна дочка дровосека,
Таскает по лесу топор,
Шумит листва, и шепчут реки,
Висит на ветке помидор.
И сталь на солнце блещет грозно,
Дрожит пусть в страхе педобир,
Топор в руках — это серьезно,
Она в руках с ним как факир.
Вот упыри и вурдалаки,
Вервольф как будто Джигурда,
Несет пакет котлет во мраке,
Упер, скотина, со стола.
А за столом ее папаша,
Как иерихонская труба,
Храпит заводом Уралмаша,
В сосиску пьяный со вчера.
К концу подходит майский праздник,
Дочь топором колит дрова,
И с неба солнце нагло дразнит,
На лавке сонного кота.

Май 5

День Сурка

surok

 

Вода струится в туалет,
Фонит в колонках «Сектор Газа»,
Еще чуток и тридцать лет,
Исполнится без шуток и сарказма.
Детство закончилось, увы,
Листок уже перевернуть пора бы,
Пусть в водке растворятся сны,
И сгинут на галерах будто крабы.
А с понедельника все заново начать,
Иль с пятницы, но так стара идея,
Как «День Сурка» — опять, опять, опять…
Зациклено проносятся недели.
Пейзаж как фото застывает за окном,
Ни ветерка, и тонут в зное ели,
И перфоратор выше этажом,
Из стенки бойко делает тефтели.

Май 2

Первомай

pervomay

 

Сошлись в бою Христос и Первомай,
У Мавзолея драка будто в храм,
И транспаранты плещут через край,
Монстрация течет по городам.
В кошмаре жутком сгорбился Ильич,
Он им такого в жизнь не завещал,
И по толпе ползет победный клич,
Когда с котом плакатик ты достал.
И авокадо требует народ,
Всем намекая: «Как бы не Москва».
А я жую вчерашний бутерброд,
И душу гложет адская тоска.
Уж третий день бухает мой народ,
И хочет продолжать до десяти,
Но иллюзорных белок рыжий взвод,
Успел давно к России подойти.
И им плевать, что нет у нас дорог,
Они не НАТО, и не США,
Ступая лапами через гнилой порог,
Крадутся к жертвам тихо, не спеша.
Еще немного и захватят бал,
Чтоб уплывали в страхе корабли,
Но тут я вдруг сознание потерял,
И люди в белом срочно увезли…